RS_00040
Каждый раз кто-нибудь приходит, записывает показания и на этом все заканчивается…
26.05.2016
Руслана переселенец "призрак"
Переселенец-призрак.
26.05.2016

История четвертая. Правда. Планшет. Предательство.

Марина Черенкова. Истории задержания

История четвертая. Правда. Планшет. Предательство.

Вернулся мой следователь «Вежливый». Допрос продолжился.
Мы, Ответственные Граждане, уже говорили, что лгать на войне нельзя.

А у меня и не было необходимости в этом.

У «Вежливого» в руках мой планшет. Он спрашивает меня, кто мои соратники.

У нас есть один общий чат в Facebook. В нем пять человек. Евгений Шибалов, Дмитрий Шибалов, Ольга Коссе, Энрике Менендес и я.

Мы обсуждаем в чате наши операционные рабочие вопросы. Иногда шутим друг над другом, иногда откровенно троллим друг друга.

Если прочитать нашу переписку в чате, то можно сойти с ума. У нас есть свой собственный сленг и свои специфические шутки.

Например, «Оля, где твой палец?», — спрашиваем мы иногда. Потому что телефон Ольги Коссе живет собственной жизнью и, согласно своим желаниям, ставит «лайк» в общий чат по поводу и без.

«Вежливый» спросил меня, кто входит в основной состав «Ответственных граждан». Я, не задумываясь, назвала всех из чата.

Понимаю, что это может показаться странным, нелепым и смешным утверждением. Я о предательстве. Наверняка о нас уже все знали.

Но до сих пор я думаю о том, что если бы не назвала имена ребят, им бы не пришлось все это пережить. Семичасовой допрос и выдворение в ночь на нулевой блокпост, который простреливается обеими сторонами.

Но я назвала их имена, понимаете?

С одной стороны, у меня не было вариантов, потому что у «Вежливого» в руках был мой планшет.

С другой стороны (тут можно начинать смеяться, смейтесь громко, не ограничивайте себя) я верила, что сотрудники МГБ во всем разберутся, и никакой опасности нет.

Потом он спросил меня: знаю ли я, где они живут?

Я не знала. Это может показаться удивительным, но за всю войну мы собирались только у меня на квартире. Я никогда не была дома у ребят и не знаю их адресов.

«Вежливый» мне сказал, что Энрике Менендес уже написал в Facebook, что все «Ответственные граждане» покинули территорию и бросили меня.

Естественно, я не поверила. Просто знала, что такого не может быть.

В: Марина Анатольевна, Ваших коллег уже нет в Донецке.
Я: Нет, они в Донецке. Уверена в этом.
В: Еще вчера уехали. Энрике Менендес написал об этом.
Я: Вы это лично читали?
В: молчит.
Я: Давайте проверим? Дайте мне телефон, и я позвоню им. Только скажите мне, что Вы от них хотите? Они все молоды, и я бы не хотела, чтобы ваши сотрудники их пугали.
В: Мы просто поговорим с ними. Ничего не случится. Не волнуйтесь.
Я: Хорошо. Давайте телефон.
В: Только, пожалуйста, очень точно скажите, без лишних слов. Один звонок. «Я в МГБ. Не могли бы вы все подъехать, чтобы рассказать о деятельности Ответственных Граждан».

«Вежливый» дал мне телефон, и я позвонила Жене Шибалову.

Думаю, что Евгений Шибалов сам должен описать наши отношения, и сказать, почему я первому звоню ему.

Говорю с Женей по громкой связи.

Я: Жень, привет.
Ж.Ш: Привет, Мать.
Я: Женя, а вы где сейчас все?
Ж.Ш: Мы все работаем по маршрутам, Мать, а что? (Вот это Женя Шибалов, чтобы вы все понимали. Небо может рухнуть на землю, может вокруг быть наводнение и цунами, но Женя поедет работать в самом пекле, довозить лекарства и другую помощь)
Я: Жень, ты можешь всех обзвонить и попросить, чтобы все приехали в МГБ?
ЖШ: Да, Мать сейчас все будем, а адрес какой?

Голос у Жени спокойный, человек работает. Мне даже стыдно стало, что все пашут, а я тут сижу.

«Вежливый» называет мне адрес, я говорю его Жене и кладу трубку.
Потом прошу еще раз «Вежливого», чтобы не напугали ребят и дали им со мной увидеться, потому что для них это важно. Важно увидеть меня.

Отвечает мне, что да, конечно, даст. Что все скоро закончится и что все будет хорошо. Звонит кому-то, выходит из кабинета и просит меня пройти за ним.

Меня ведут по коридорам, заводят в какую-то комнату. Я сажусь на стул и жду.

Ждала я долго. В комнату заходили разные люди. Спрашивали меня, а правда ли, что я была заместителем губернатора. Рассматривали меня (беспардонно пялились – это более точно), улыбались и уходили.
Потом зашло двое мужчин. Я их не видела раньше. Сказали мне выйти с ними.

Мы вышли на улицу, меня посадили в «Митсубиши Паджеро». В грубой форме приказали нагнуть голову ниже колен и повезли.

Я вернулась в подвал. Зашла в клетку. Легла на грязный матрас. Отвернулась к стене.

Остановилось время. Мысли. Остановилось все.

До меня дошло окончательно. Мне солгали в третий раз.
Ложь как густая и липкая жидкость, а я в ней.
Мне не выбраться.
Я не умею работать в таком формате.
Просто не знаю, как с этим работать.
А вы знаете, как работать с ложью?

Поэтому я оставила и надежду на лучший исход.
Почему оставила надежду?

Ответ на этот вопрос ответ дал Пётр Яковлевич Чаадаев давно.

«Ничто так не истощает, ничто так не способствует малодушию, как безумная надежда» — это его слова.


Марина Черенкова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *